Образ совершенного покаяния

В пятое воскресенье Великого поста Церковь воспоминает и прославляет святую Марию Египетскую, которая из бездны порока взошла путем покаяния на такую высоту совершенства и святости, что она уподобилась бесплотным Ангелам.

 

Накануне воскресения, в четверг 5‑й седмицы Великого поста служится торжественная утреня, которая называется Мариино Стояние (Стояние Марии Египетской  или Четверток Великого канона).

На этой утрене полностью прочитываются Великий покаянный канон и житие прп.Марии Египетской. Чтение Великого покаянного канона преподобного Андрея Критского — главная особенность данной утрени.

 

Чтение жития преподобной Марии Египетской – запоминающаяся особенность этого богослужения; более того, это – единственное уставное чтение из всей совокупности положенных в Уставе различных житий и толковых чтений, которое сохранилось в нашей приходской практике.

 

Учитывая продолжительность службы, то обстоятельство, что Великий канон слушается стоя; служба названа «стоянием»; а по причине чтения жития преподобной Марии – «Марииным стоянием». Это название не употребляется в богослужебных книгах, оно – исключительно обиходное, разговорное.

 

В этом году, Мариино Стояние переносится на вечер понедельника 5-й седмицы Великого Поста из-за того, что на четверг попадает двунадесятый праздник – Благовещение Пресвятой Богородицы.

 

Безплотных жительство в плоти преходящи, благодать, преподобная, к Богу велию воистинну прияла еси, верно о чтущих тя предстательствуй. Темже молим тя, от всяких напастей и нас молитвами твоими избави.

Из Великого канона

 

Житие преподобной матери Марии как «образ покаяния нам дадеся». «Всем грешникам, безмерно согрешившим», преподобная примером своим въяве показала, как можно «в житии востати и скверну очистити слезами».

Проводя подвижническую жизнь в пустыне Заиорданской, где некогда подвизался и Предтеча Христов, преподобная Мария достигла истинного бесстрастия и «мужественное показала души своей мудрование, взыграния вся плотская обуздавши болезньми постническими». Слабая женщина, всей прошлой жизнью своей приученная к неге и роскоши, оказалась в подвигах своих сильнее духом и многих мужчин, так что дивился ей не только преподобный авва Зосима, но и многие поколения монахов, живших после него, вплоть до наших дней.

 

Матерь Божия, заступившая Марию от тягот первого искушения в иерусалимском храме Воскресения Господня, воздвигла ее на подвиги и подала ей силы не только превозмогать искушения пустынножительства, но и возможность различать пустое от истинного, тленное от вечного.

 

В борьбе за бессмертную душу преподобная своей «добродетельною силою, слезами и постом крайним, молитвою же и варом, зимою и наготою приятелище была Святаго Духа честно»: «греха мглы избежавши, покаяния светом озаривши свое сердце, пришла ко Христу» и «едина Единому чисто приобщилася крайним воздержанием и терпением дел своих».

 

Преподобная мати Марие, моли Бога о нас.

Твое всецелое покаяние, преподобная, так изменило тебя, что ты осияла святостью своею всю Заиорданскую пустыню. Так возбудился в тебе покаянный дух, что в единое мгновение сделал тебя достойной милости Матери Божией. Ты так пронесла его через большую часть своей жизни, свидетелями которой были лишь дикие звери пустыни, что встретивший тебя не был уверен, кого видит он: человека или Ангела, идущего но волнам Иорданским.

 

Некогда в четвертую стражу ночи пришел Иисус к Своим ученикам, идя через сильный ветер по морю Галилейскому. И ученики, увидев Его, идущего по морю, встревожились и говорили: «Это призрак», и от страха вскричали (Мф. 14: 24-33). Так испугались ученики Того, о Ком они пусть еще точно и не знали, но догадывались, что Он – Сын Божий (однако ведь они могли уже и знать, по крайней мере Нафанаил назвал Его так уже в самый момент своего апостольского призвания!).

 

Как же должен был поразиться человек, увидев идущего по воде – не Сына Божия, а простую женщину, пустынными подвигами своими достигшую такой невиданной в человеках силы! Как велика ты в подвигах своих, преподобная! Как сумела ты умертвить в себе всё, что тянуло тебя долу, к земле, как оживила ты в себе силы, влекущие ввысь! Как презрела ты бурю и треволнения согрешений, которыми я ныне так одержим! Как уничтожила ты власть их над собой!

 

Помоги и мне, преподобная! Научи и меня святой жизни твоей!

Ты показала мне образ Божественного покаяния — помоги мне еще: содействуй, сопутствуй, дай мне силы твоими молитвами добраться до этого спасительного пристанища, пристани посреди бушующего моря человеческих страстей!

 

«Ты, преподобная, воистину приняла великую к Богу благодать, проходя во плоти житие бесплотных». Так удивляется Церковь трудам и подвигам, которые приняла и понесла хрупкая женщина, слабая телом, но столь сильная духом и помощью Божией.

 

Что может быть сильнее веры, которая дает человеку возможность презреть оковы тела, подчинить его себе, причем гак, что оно не мешает вести жизнь, подобную жизни ангельской, жизнь, не отягощенную плотью, всецело посвященную очищению духа покаянием и вознесению хвалы Богу?

 

Что может быть сильнее надежды, позволяющей всецело вручить жизнь свою Богу и жить только с Ним во всех жизненных обстоятельствах в той пустыне, которую представляет собой весь мир?

 

Что может быть сильнее любви, которая охватывает всех и вся и взывает всечасно к Божественной милости о всем творении?

Потому мы и молим тебя, преподобная мати, давшая нам образ веры несомнительной, надежды нескончаемой и любви нелицемерной: избави и нас молитвами твоими от всяких напастей!

 

Ты, преподобная мати «Мария, пала во глубину великих преступлений, однако не удержана была ими, но преславно поднялась помыслом лучшим к крайней добродетели, явленной деяниями твоими, удививши ангельское естество».

 

Кто из нас уподобился тебе?

Кто младенчествует сердцем настолько, что удостаивается видеть все свои согрешения?

Кто чист сердцем настолько, что грехам невозможно удержать его в своей власти?

Кто светел умом настолько, что ему удается достигнуть знания об истинном пути добродетели? Кто воспитал тело свое так, что путь добродетельной жизни не утруждает, но радует его?

 

Можешь ли ты, душа моя, найти в себе хоть что-нибудь, делающее тебя сродной той чистой душе, которая преодолела искушения настолько, что стала словно бы бестелесной, так что и Иордановы струи не были для нее препятствием на пути к вожделенному Царю Небесному, на встречу с Которым во святом Причащении шла она по воде, как по суше?

Так ли и ты вожделеешь Небесного Царя и стремишься к Нему?

Так ли ты готова припасть к Его неисчислимым щедротам?

Игумен Филипп (Симонов)

«Благовестник» №11, 2012 г.

Из книги «Монастырский благовестник. Том 1».

 

 

(34)

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *