Неделя о мытаре и фарисее

Неделей о мытаре и фарисее Церковь вступает в особый подготовительный период, который предшествует Великому посту.

Свое наименование эта подготовительная Неделя получила потому, что за Литургией в этот день читается евангельская притча о мытаре и фарисее (Лк. 18, 10–14).

 

 

Приготовляя людей к посту и покаянию, Церковь указывает на истинное начало и основание покаяния и всякой добродетели – смирение, и на главный источник греха и препятствие к покаянию и добродетели – гордость.

 

«Фарисей тщеславием побеждаемь, и мытарь покаянием преклоняемь, приступиста к Тебе Единому Владыце: но ов убо (но один) похвалився, лишися благих, ов же (другой же) ничтоже вещав, сподобися дарований». Неделя о Мытаре и фарисее, 2-я стихира на «Господи, воззвах».

 

21 февраля в Алексеево-Акатовом монастыре было отслужено две Божественные Литургии.

По окончании позднего Богослужения в Алексеевском храме обители с проповедью на тему воскресного евангельского чтения к прихожанам обратился иерей Димитрий Гречушкин.

 

«Два человека вошли в храм помолиться», — звучат сегодня эти до слез знакомые слова. Хотя нас и много в храме, но Господь всегда видит только двоих. И в последующие недели будут: два сына одного отца; два человека, стоящие один по правую, а другой по левую сторону престола Судии; один идущий в вечную жизнь, а другой — в вечную муку.

А пока — два человека, пришедшие в храм: «один фарисей, а другой мытарь». И вот, мытарь, безжалостный и корыстный сборщик налогов, «пошел оправданным в дом свой более, нежели» фарисей, принадлежавший, по словам Апостола Павла, «к строжайшему в нашем вероисповедании учению»!

Но мало ли удивительного? Не удивительно ли, например, что, по словам Апостола, всегда, «все, желающие жить благочестиво во Христе Иисусе, будут гонимы; злые же люди и обманщики будут преуспевать во зле, вводя в заблуждение и заблуждаясь»? Все удивительно и таинственно и в Божьем мире, и в нашей церковной жизни. И надо бы уже привыкнуть, что своей молитвой «да будет воля Твоя», — мы обрекаем себя непрестанно удивляться и недоумевать, а потом — плакать от неожиданного, мудрого и радостного, исхода.

Но вернемся к мытарю и фарисею и прикоснемся к тайне каждого. Господь приоткрывает, о чем «сам в себе» молился фарисей: «Боже! Благодарю Тебя, что я не таков, как прочие люди, грабители, обидчики, прелюбодеи, или как этот мытарь: пощусь два раза в неделю, даю десятую часть из всего, что приобретаю». Слышишь эту молитву, и чувствуешь, что перед фарисеем все время стена чужих грехов. За этой стеной уютно, потому что на этом фоне растешь и растешь в своих глазах. Но Бога-то за этой стеной совсем не видно!

А что же мытарь? А перед его глазами тоже только стена грехов. Но — грехов собственных. И ему не от кого отворачиваться, не от кого брезгливо отодвигаться. Стоя в храме, он все время помнит, кто он, где он, перед Кем он. Поэтому он не смеет даже «поднять глаза на небо», и только, «ударяя себя в грудь», без конца повторяет: «Боже! Будь милостив ко мне грешнику!».

 

Господь рассказал эту притчу для тех, «которые уверены были в себе, что они праведны, и уничижали других». Он показал, что как нельзя одновременно смотреть вперед и назад, так невозможно видеть одновременно и свои, и чужие грехи. Когда занимаешься разглядыванием чужих, то не видишь своих, и не испытываешь нужды в покаянии. А когда по-настоящему увидишь свои, то обо всем забудешь, и начнешь, как мытарь, бить себя в грудь и плакать: «Боже! Будь милостив ко мне, грешнику!» Мытарь ощутил духовную нищету, и Бог ему необходим, чтобы хоть во что-то одеться, и «чтобы не видна была срамота наготы» его.

Мытарь открыт Богу, и стоит перед бездной Божьего милосердия, и в этом залог его будущего бесконечного обогащения. А фарисей ушел ни с чем, потому, что у него и так все есть, и Бог ему не нужен. Господь же, как в песне Пресвятой Девы, «алчущих исполнил благ, а богатящихся отпустил ни с чем».

И если хотя бы фарисей хоть благодарил за помощь в борьбе с грехами. Но чувствуется, что он и не боролся, и не пролил ни пота, ни крови. Все досталось ему с рождения, даром. И он, как тот нерадивый раб, который получил от своего господина один талант, но не преумножил его, гордо заявляет: «вот тебе твое». Фарисей хвалится, что у него нет таких грехов, как у «прочих людей». Но что же у него есть? А есть лишь то, что он постится два раза в неделю и дает десятину от всего, что приобретает.

И святая церковь заповедует в эту седмицу как раз не соблюдать поста в среду и пятницу. Это — чтобы мы осознали, что ни среда, ни пятница, ни десятина, — не заменит того, что «важнейшее в законе: суд, милость и веру».

Суд над собой, милость к падшим, и веру в Бога, Которому все одинаково дороги. Вот «сие надо делать», а потом уж «и того не оставлять».

Таков урок о смиренномудрии и нелицемерном покаянии, который преподаёт Св. Церковь, напутствуя нас перед началом Великого и спасительного поста. Потому пусть в наших сердцах, в нашем уме и мыслях стоит образ этих двух людей — мытаря и фарисея. Потрудимся поставить себя на то место, которое мы по праву должны занимать, день ото дня, час от часа непрестанно повторяя: «Боже, милостив будь мне, грешному!» Аминь.»

 

 

(33)

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *